"Сталкер" (фильм А. Тарковского)

 

По прочтении книги Е. Цымбала "Рождение "Сталкера". Попытка реконструкции" пересмотрел фильм.

Не помню даже, когда смотрел в последний раз. Кажется, не позже 90-х, или нулевых? Не помню.

В последнее время единственный фильм Тарковского, который я неоднократно пересматривал – «Зеркало».

Что сказать?

«Дао пусто, но в применении неисчерпаемо».

Есть что-то магическое. Видеоряд. Надо смотреть и не надо «понимать», объяснять. Все школярские толкования ХХХ-ведов надо выбросить на помойку.

Фильм подобен опере с глубокой музыкой и глупым текстом. Но и этот глупый (как бы «глупый») текст необходим по принципу проблематического контраста. Музыка здесь – видеоряд (но и музыка сама по себе тут очень точно найдена).

Чисто музыкальная арка перекинута через весь фильм: дребезжащие (под грохот поезда) и скользящие по столешнице стаканы. С них начинается, ими и кончается. И стеклянная посуда в луже у заветного порога.

Кстати, когда Сталкер рассуждает о непостижимой способности музыки проникать в тайны духовного бытия, мне это напомнило споры и рассуждения о непостижимой эффективности математики в познании. Казалось бы, совсем оторванной от реальности.

И вот еще что неожиданно пришло в голову: не похожа ли заветная комната, у порога которой застывают герои, на свидригайловскую Вечность – баню с пауками? Только пауков нет, а вместо них – дохлая рыба.

И достоевщины здесь хоть отбавляй.

 (Между прочим, Цымбал забыл про цитату из Акутагавы в одном из монологов Писателя: "У меня нет совести, даже совести художника. У меня есть только нервы". Ведь А. Стругацкий переводил и комментировал этого японского классика.)

Пасха

 Ты видишь, ход веков подобен притче

И может загореться на ходу.

Во имя страшного ее величья

Я в добровольных муках в гроб сойду.

Я в гроб сойду и в третий день восстану,

И, как сплавляют по реке плоты,

Ко мне на суд, как баржи каравана,

Столетья поплывут из темноты».

(1) Et resurexit tertia die - Sinbad the Sailor and Tinbad the Tailor and Jinbad the Jailer — ЖЖ (livejournal.com)

https://abel.livejournal.com/896805.html

Моцарт – “Cosi fan tutte” (Э. Иохум, 1962)

 

Вчера вечером вдруг зазвучала в голове ария Феррандо “Un aura amorosa”, покоя не давала, но слушать было уже поздно.

Поставил сегодня запись Э. Иохума, которую давно не слушал.

А ведь она непревзойденная по многим параметрам, несмотря на отдельные недочеты. Прежде всего по гармонии вокала и симфонии. Даже выше, чем у Клемперера в целом. Та же ария Феррандо ни у кого так не звучит, как здесь.

Но не удержался и вставил, после речитатива, арию Феррандо (№24) из записи Р. Якобса. Не могу уже без нее: физически ощущаешь лакуну после остановки на доминанте.

Слушаешь и осознаешь трагический подтекст всей этой игры с мнимым уходом на войну. Особенно в свете происходящих событий. И возгласы Фьордилиджи “Al campo, al campo!” кажутся совсем не шуткой, а «полной гибелью всерьёз».

Шостакович - Концерт №1 для скрипки с орк., a-moll, op. 77 (Fumiaki Miura/S.-M. Rouvali, Гётеборгский симф. орк.)

 

Гётеборг, 22.10.19

Прекрасное исполнение. Но иногда мне казалось, что скрипач играет слишком мягко. В первой части, в одном месте, оркестр едва ли не заглушил его. Зато выявилась огромная выразительность оркестра. 

Ю. Анненков об опере С. Прокофьева "Война и мир"

" В 1953 году (год смерти Прокофьева) организаторы 16-го «Музыкального флорентийского мая» предложили мне поставить на сцене Коммунального театра во Флоренции последнюю оперу Прокофьева «Война и мир», написанную по роману Льва Толстого и до того еще никогда не показанную в Западной Европе. Моим сотрудником по балетной области должен был быть Георгий Баланчин, бывший тогда уже в Милане. Мне предлагалось создать также декорации и костюмы. Переполненный радостью, я на другой же день прибыл в Милан, чтобы ознакомиться с оперой и переговорить с Баланчиным. Но это, уже посмертное, сотрудничество с Прокофьевым оказалось, увы, столь же безрезультатным, как и первое, в 1916 году. При нашей встрече Баланчин сказал мне, что он уже отказался от этой работы, так как музыка оперы лишена всех прокофьевских качеств, а либретто — унизительно для гения Льва Толстого и пропитано политическими тенденциями, неприемлемыми для Баланчина.

Может быть, менее чувствительный в этом отношении, я попытался уговорить Баланчина переменить его решение, но, прочитав либретто, сразу же почувствовал охлаждение. Можно изменить чье-либо произведение и вышить по его канве новый орнамент, который сохранит без ущерба качественный уровень оригинала. Такая перемена не является обязательно принижением этого уровня. В иных случаях она может даже послужить его повышению. Но в либретто «Войны и мира» роман Толстого обнищал до последней степени.

Я ничего не могу сказать о прокофьевской музыке, так как в тот день мне не удалось ее прослушать и я не слышал ее до сих пор. Но, зная талант Прокофьева и его творческую волю, я уверен, что некоторые формальные особенности своей композиции, способные разойтись с генеральной линией «социалистического реализма», он сумел искусно закамуфлировать и спасти. Что же касается либретто, которое Прокофьев не мог принять всерьез, то оно послужило ему чем-то вроде зонтика, или — больше того: ковчегом, в котором можно было укрыться от потопа".

(Ю. Анненков. Дневник моих встреч. Глава "Алексей Ремизов и Сергей Прокофьев")

Мне всегда либретто "Войны и мира" казалось чудовищным. Как и либретто "Семена Котко". А музыка прекрасна, особенно в "Семёне Котко".

Верди - Реквием (дир. А. Ороско-Эстрада, Франкфурт, 20.10.17)

 

hr-Sinfonieorchester – Frankfurt Radio Symphony ∙ Erika Grimaldi, Sopran ∙ Violeta Urmana, Mezzosopran ∙ Saimir Pirgu, Tenor ∙ Kihwan Sim, Bass ∙ MDR Rundfunkchor ∙ Philipp Ahmann, Einstudierung ∙ Andrés Orozco-Estrada, Dirigent ∙ Alte Oper Frankfurt, 20. Oktober 2017 ∙

Величайший Реквием из всех, когда либо написанных.

Исполнение превосходное, хоть и не безупречное. Мне послышался некий сумбур в конце Sanctus, и тенор в одном месте Hostias потерял дыхание.

Шостакович – Симфония №6 h-moll, op. 54 (К. Кондрашин)

 

Музыка 1-й части пронзает. В конце физически ощущаешь, как ночные кошмары рассеиваются, занимается бледный рассвет. Это ночь в ожидании ареста, воистину. Но никто не приходит за тобой на этот раз.

А сколько остроумия и блеска в быстрых частях! И они органически связаны с 1-й частью.