Есть места совершенно душераздирающие: аккорды-«кластеры» в
конце 1-й части (они потом повторятся в финале); начало финала - удары большого
барабана, соло тубы и чудом возникающее из этого ада соло флейты, темой
которого завершается вся симфония.
Переход в астрал.
Ясно, что отзовется потом это у Шостаковича: 15 симфония,
2-й виолончельный концерт.
И, одновременно, всё это под сенью вагнеровского «Парсифаля».
Я воздержусь от каких-либо оценок.
Безусловно, автор заслуживает всяческого уважения и даже
восхищения.
Замечу для начала две странные ошибки.
1)
«Конечно, Тарковский освоил созданное великими
предшественниками – Эйзенштейном, Феллини, Бунюэлем, Бергманом. Последние
фильмы Тарковского‚ «Грехопадение» и «Ностальгия»‚ снятые в Париже и в Швеции,
несут на себе печать исповеди, по существу, уже авторского завещания,
постижения смысла жизни. В этих фильмах‚ как в двойном реквиеме, художник
воспроизводит состояние человека, осознающего приближение и неизбежность конца.
Думается, в основу его киноразмышлений легли и многие обстоятельства последних
лет терзаний на Родине, в чем-то спровоцировав его столь безвременный уход».
(Часть 1, гл. 8)
Фильм «Жертвоприношение» назван «Грехопадением» (sic!). К тому же этот фильм
снимался после «Ностальгии», это последний фильм Тарковского. А «Ностальгия»
снималась в Италии, а не в Париже. В Париже Тарковский умер.
2)
«В конце 70-х стало очевидно, что идеологически
«построить» два «новых» поколения советских людей, вкусивших оттепели и
увидевших западный образ жизни, уже не удастся, уже невозможно. Именно эти
молодые в середине 80-х, при горбачевской перестройке и гласности, рванутся в
свободное плавание, решительно осуществляя замыслы, о которых мы в 60-х и
мечтать не смели.
Появятся картины, далеко шагнувшие вперед‚
– «Солярис» и «Сталкер» Тарковского, «Покаяние» Абуладзе, ленты о фашизме.
После смерти Алова продуктивность в Шестом объединении резко упала, потеря
соавтора и друга для оставшегося в одиночестве худрука долго мешала ему обрести
форму».
(там же)
Очевидно, что «Солярис» и «Сталкер» никакого отношения к
80-м годам не имеют и увязывать эти картины с «Покаянием» Абуладзе никак
нельзя.
Но такие промахи на совести не
столько автора, сколько тех, кто готовил книгу к изданию.
В целом же те явления культуры, о которых пишет Богуславская,
мне чужды (и Андрей Тарковский, пожалуй, единственное исключение). Я никогда не
увлекался ни Вознесенским, ни, тем более, Евтушенко; ни Ахмадулиной. У меня
вообще очень сложное отношение со стихами: прочитать большое стихотворное
произведение мне очень-очень трудно. «Стихов я не читаю» (и далее не по тексту).
В 60-е годы я был еще ребенком, в в 70-е у меня были совсем
другие приоритеты и властители дум. И
первым среди них – primus inter pares - был Шостакович, о котором в книге нет ни слова. НИ СЛОВА!
Это тем более странно, что Богуславская много пишет о Евтушенко
и, в частности, о стихотворении «Бабий Яр».
Кстати, на днях переслушал 13-ю симфонию и заметил для себя,
что поразительным образом музыка «снимает» лживость и фальшивую интонацию
стихов Евтушенко, особенно лживы слова, что «я делаю карьеру тем, что не делаю
ее».
И в первый раз, когда я услышал симфонию, в зале (13 января
1972 г.) я этого не понял. Написал тогда в дневнике: «Глупая и настырная
прямолинейность стихов Евтушенко душит музыку, часто прекрасную, и тоже
становящуюся плоской и примитивной».
Но тогда еще было ужасное пение (А. Эйзен). И долго мое
отношение к симфонии было резко отрицательным. Пожалуй, до 2003 г., когда я
услышал по радио исполнение В. Ашкенази.
Впрочем, не упомянут и Прокофьев, а Стравинский только в
связи с посещением кладбища Сан Микеле в Венеции. А ведь посещение Стравинским
Советского Союза в 1962 году было событием. И об этом в книге ни слова.
Музыкальная культура в книге сосредоточена на Щедрине, а
также на Гребенщикове и Макаревиче. Куда там до них Прокофьеву и Шостаковичу!
(Замечу в скобках: автор утверждает, что обладает абсолютным
слухом и имеет музыкальное образовании.)
Ну, наверное, это и всё, что я имею сказать по поводу книги
Богуславской.
https://yandex.ru/video/preview/9041716367515615630
Та же запись, что на ютубе.
Соло тубы в начале "Страхов" - дракон Фафнер из 2-го акта "Зигфрида". Может быть, и сознательная аллюзия. Но потом - Призрак отца Гамлета, который преследовал Шостаковича всю жизнь.
Эпизод пиццикато в финале - Пятая симфония Малера (3 часть).
Но вообще ощущение прожитой жизни после такой симфонии. И не только после нее.
https://ya.ru/video/preview/6828891887213790799
Та же запись, что и на ютубе (где ошибочно указан год - 2014).
Гениальное исполнение (как и исполнение Десятой Шолти в Мюнхене в 1992 г., что я слушал вчера).
Перечитал на днях чеховскую "Невесту" и показалось мне, что это одна из параллелей к 15 симфонии, к финалу особенно. И колотушка ночного сторожа (как лейтмотив).
А ведь кульминация финала, помимо прочего, перекликается со средним разделом третьей части Восьмой симфонии: торжествующая, воинствующая и марширующая пошлость.
https://youtu.be/fEGNNuEM3Fc?si=hSzfcwZmwFnRmaps
Какая восхитительная симфония! И какая сложная! Сложная и
прекрасная. И для меня стала совершенно органичной, даже легкой в восприятии.
На ее фоне, например, 11-я симфония Шостаковича с
революционными песнями кажется уже, мягко говоря, old fashioned, и, действительно,
провинциальной. Как ни обидно за ДДШ.
А вот 4-я совсем не кажется, даже наоборот – прорыв.
Что бы мог сделать Шостакович, если бы его не сожрала эта
людоедша Софья Власьевна!
Но всё же он смог написать 15-ю симфонию и 2-й виолончельный
концерт!
А какое позорное, дремучее, непонимание малеровской симфонии
показал Р. Роллан! Кошмар!
Да, жизнь в гетто (возвращение к тематике 4-го квартета и некое послесловие к 13-й симфонии).
Но и "Быдло" Мусорского в середине финала. Кровавые следы на снегу (эпизод пиццикато в финале).
В самом конце, однако, слышен какой-то радостный звон колоколов. Нечисть можно победить!
Национальный орк. Франции, дир. Д. Афкхам; 21.11.2013, Театр
Елисейских полей, Париж.
https://youtu.be/q69m-sj7LAQ?si=2xwtgglC5WuNZJGx
Оставил там комментарий:
Прекрасное исполнение! Одно из
лучших, что я знаю. А мне есть, с чем сравнивать, так как я присутствовал на
премьере в Москве 8 января 1972 г.
Недавняя выкладка, хотя концерт состоялся 11 лет назад.
Дирижер еще совсем молодой.
https://en.wikipedia.org/wiki/David_Afkham
Ему тут 30 лет.
PS. Только сейчас пришло в голову: не являются ли два звонка колокольчика в начале пародией на начало «Героической симфонии» Бетховена?
Точная дата не указана, но похоже, что зимой (судя по
поддетому под пиджак свитеру у человека, перевертывающему ноты Рихтеру).
Мне не понравилось это исполнение.
Первая часть – слишком медленно, отчего музыка стала
какой-то мертвенной, а она всё же не такая. Это словно очень грустные
воспоминания.
И как-то странно выглядел переход от 2-й части к 3-й: будто без
перерыва.
И показалось в целом, что скучно и исполнителям и публике. И
те, и другие исполняли долг – как на похоронах какой-то знаменитой персоны,
умершей в глубокой старости.
Музыка 1-й части
пронзает. В конце физически ощущаешь, как ночные кошмары рассеиваются, занимается
бледный рассвет. Это ночь в ожидании ареста, воистину. Но никто не приходит за
тобой на этот раз.
А сколько остроумия и
блеска в быстрых частях! И они органически связаны с 1-й частью.
Всё-таки это самая слабая симфония Шостаковича (если вывести за скобки Вторую и Третью), несмотря на отдельные яркие моменты (например, начало быстрого раздела 1-й части; еще некоторые моменты первых двух частей в смысле оркестрового колорита). Лучшая часть - вторая. Чем-то в передаче ощущения пространства даже отсылает к 3-й части 10 симфонии.
Финал же крайне неудачен, банально внешне иллюстративен. Музыка холодная, лишенная глубокого чувства и глубокой мысли.
Опера великолепна, и если бы Рихтер ее знал, его оценка моцартовского "Идоменея" была бы другой.
Но я с удивлением обнаружил, что Глюк в дневниках великого пианиста вообще ни разу не упомянут по существу.
Одно упоминание весьма курьёзно:
"Сегодня большое музыкальное событие - (после "Альцесты" Гайдна [sic!]... 15-я (последняя) симфония Шостаковича (и как хорошо, что чисто оркестровая). 1 часть - прекрасна и опять полна свежести, как молодой Шостакович. Затем эти героически трагичные маршеобразные страницы (очень хорошо). Зачем только в последней части вагнеровская цитата? (Она очень помешала восприятию этого финала, и он показался каким-то скудным.)"
(Запись от 8 января 1972 г.)
Рихтер присутствовал на премьере 15-й симфонии, как и я. :)
Там в первом отделении исполняли увертюру к глюковской "Альцесте" и гайдновский двойной концерт (для скрипки и ф-но).
Вот так. Даже Рихтер не понял финал 15-й. Это по меньшей мере странно.
"Л.В. Николаев (мой учитель) как-то сказал мне. "Танеев не любил музыкальных критиков. Он (Танеев) говорил: "Критики - это те, которые в силу ли отсутствия дарования или по каким-то иным причинам не попали в разряд критикуемых".
Тот же Николаев так определил музыковедов. На вопрос одного своего ученика, кто такие и что такое музыковеды, он сказал так (Л.В. был добрым человеком и подкармливал своих учеников - беседа шла за яичницей):
"Паша (это домработница) приготовила яичницу. Мы едим эту яичницу. Представь себе, что есть люди, которые не готовят яичницу, не едят ее, а говорят о яичнице. Это будут яичницоведы. Также и в музыке: есть люди, которые не сочиняют музыку, не слушают (точнее, не слышат) ее, а говорят о музыке".
Сказано это было хоть и дискуссионно, но с большим чувством".
(Е.С. Власова. 1948 год в советской музыке. - М.: Классика-XXI, 2010.- С. 373)
Я далек от того, чтобы разделить это отношение к музыковедам (литературо- и вообщеискусство-ведам) en bloc, но к некоторым персонажам оно вполне применимо.
Царь Мидас закрывал свои ослиные уши специальной шапкой. Как видно, в качестве таковой может выступать и консерваторское образование.
Рассказывая в эпилоге об "антисталинских" сочинениях Шостаковича, Волков ничего не пишет о Втором виолончельном концерте (а прежде всего выдвигает 13 симфонию), так как это не вписывается в его идею обязательного присутствия слова в таких произведениях. Это свидетельство определенной близорукости автора книги, так как разоблачающая сила 126-го опуса настолько велика и страшна, что не нуждается ни в каких словах.
А ведь гениальная симфония-то! А я ее сильно недооценивал и избегал слушать. Злобная и постыдная брехня Стравинского должна быть предана осмеянию, а потом забыта.
Исполнено прекрасно.
***
И вот еще что: вы будете сравнивать Стравинского или Прокофьева с Шекспиром? Я не могу даже этого представить. А Шостаковича - да, безусловно. Вот и весь сказ. И сразу ясно, кто есть кто.
Только сейчас дошло, что начальная тема производна от темы хора мальчишек в "Борисе Годунове" Мусоргского: "Здравствуй, здравствуй, юродивый Иваныч!".
И как же я не понимал финала этой симфонии! Вчера он произвел на меня самое сильное впечатление (в исп. Р. Баршая).
Перечитываю. И совершенно отчетливо понимаю, почему Большой Совок должен был это дискредитировать и объявить фальшивкой. И я применяю тут "критерий истины" инверсно: то. что Большой Совок объявлял фальшивкой, скорее всего было правдой, так как вся его идеология и пропаганда были насквозь лживы и фальшивы. "Ложь - это правда".
Кстати, Рихтер не сомневался в подлинности этих мемуаров, о чем написано в книге Гаврилова. "Это ОН [ДДШ]. Я его знал таким".
В тексте Волкова есть дикие ляпы. Например, режиссер А. Тарковский назван Андреем Александровичем (sic!), композитор Кшенек - Кфенеком (??).
Слушая первую часть, я
вдруг увидел такую картину:
Я вхожу в пустой дом. Он
необитаем, от окон остались только рамы, да и те кое-где выломаны, обои
содраны, пол разбит. Я думаю, что когда-то тут жили люди, бегали и смеялись
дети…
Может, это вообще мой дом? И я тут жил, был ребёнком.
Медленный раздел второй
части всегда вызывал у меня в голове картину зимы, что-то похожее на гениальную
«Оттепель» Фёдора Васильева. Зима, одиночество, бездомность…
А потом (соло скрипки pizzicato) какое-то фантастическое «хождение по водам», как
на одном из «Библейских эскизов» А. Иванова.
Квартет Fitzwilliam обостряет до предела все резкости в музыке
Шостаковича, весь этот «скрежет зубов».
